Абаканская газета рассказала о трогательной судьбе Лауры, спасшейся после землетрясения 1988 года

Удивительная судьба спасенной девочки и ее повторение

ИСТОЧНИК - Статья опубликована здесь  24.10.2017

Близится очередная годовщина Спитакского землетрясения 1988 года, которое перевырнуло жизнь десятков тысяч жителей Армении, всей нашей страны. Проходят годы, но все еще продолжают появляться потрясающие истории человеческого доброты, проявленной в то трудное время. Трогательную историю поведала областная газета «Абакан сегодня» (18.10.17). Она о маленькой армянской девочке Лауре, осиротевшей в поверженном стихией Ленинакане. Незадолго до этого семья и родственники девочки бежали из Баку, где поднял голову антиармянский нацизм. Им помог бежать многим рисковавший сосед азербайджанец Мамед. В ленинаканском аду все они погибли. 5-летнюю Лауру удочерила доктор Ульяна Герасимовна… Предлагаем читателям эту историю и ее удивительное продолжение.

Лаура осталась сиротой. Когда они добрались тогда до Ленинакана, там, в Армении произошла страшная катастрофа – землетрясение, унесшее почти 25 тысяч жизней. В этом аду погибли родители Лауры и родственники, к которым они бежали из Баку. А Лаура чудом осталась жива – ее спасли. Она помнит, как ее со сломанной ножкой, с ушибами и в синяках везли на вертолете с другими пострадавшими в Ереван, в госпиталь. Как ее там лечили, жалели. А она все спрашивала, где ее мама и папа.

Лауре повезло. Ее, после того как ножка зажила, забрала к себе тетя доктор. Звали ее Ульяна Герасимовна. Этой доброй женщине так приглянулась девочка с огромными, грустными глазами, что она, однажды прижав ее к своей груди, уже не отпускала от себя, заботилась о ней, отогревала от сиротства. Мамой Ульяну Герасимовну Лаура назвала только через год в Москве.

Они жили в доме недалеко от Камергерского переулка. Ульяна Герасимовна и фамилию родную – Геворкян – ей оставила. Лаура окончила Московскую школу № 1024. Училась в музыкальной по классу фортепиано. Еще спортом занималась. Сиротства как такового она не испытывала, потому что ее любила мама Ульяна. В далекой молодости та побывала замужем и, вскоре разведясь, уже не сочеталась браком повторно, а в зрелом возрасте посвятила свою жизнь армянской девочке. Лаура поступила в университет на психологический факультет, где училась так же, как и в школе, на отлично, а после его окончания работала в МЧС, часто выезжала в разные точки в стране, за рубежом, где возникала необходимость в экстренной помощи людям. Там же, в подразделении МЧС, она познакомилась с добрым парнем – спасателем Павлом. Он сделал ей предложение уже на второй неделе их знакомства, и отказать ему она не могла. Они поженились.

Теперь бабушка Ульяна водилась с внуком Мушеком, когда его родители находились в командировках, связанных с риском. Они спасают людей. У них героическая профессия.

Звонок телефона отвлек в этот день Лауру от домашних дел – она закладывала белье в стиральную машину и, взяв трубку, сначала не поняла, чего от нее хотят, потому что ее о чем-то одновременно еще спрашивал и сын. Мужской голос в трубке, хрипловатый, с кавказским акцентом, спросил:

– Лаура, это ты? Это вы?

– Да, слушаю, а кто звонит? – ответила с неожиданным волнением Лаура.

– Скажите, вы жили в Азербайджане во время погромов армян и их бегства в Армению?

– Да, а что случилось? – дрожь пробежала по ее телу от молниеносных страшных воспоминаний.

– А в Ленинакане … вы не оказались во время землетрясения?

Тут Лаура уже не утерпела и, не дожидаясь дальнейших расспросов, сама спросила:

– Кто вы? Почему вы задаете мне эти нелегкие вопросы?

– Я… твой дядя… моя девочка. Я… дядя Ашот, брат двоюродный твоего отца Самвела Геворкяна. Ты не помнишь меня?
Лаура не могла вспомнить двоюродного брата отца, да и лица отца и матери помнила смутно. Даже фотографий у нее не осталось от родителей – все погибло во время землетрясения. Комок подкатил к горлу – она еще какое-то время, сдерживая слезы, не могла ничего ответить. Затем, собравшись и выдохнув, тихо проговорила:

– Вы где, дядя Ашот? В Москве?

– Да, я проездом здесь. Ты не удивляйся, что нашел твой телефон. Не поверишь, но это чудо какое-то. Я ведь тоже, как и ты, чудом выжил тогда. Долго лечился в Ереване, затем в Москве. Судьба не переставала и потом испытывать… оказался на заработках на Сахалине, где встретился с женщиной, которая работала с тобой в МЧС. Ты, наверное, ее знаешь – Юлия Третьякова.

– Припоминаю, – ответила Лаура.

– Мы с ней разговорились, и я упомянул, что меня спасли в восемьдесят восьмом в Ленинакане после землетрясения. Она вспомнила, что в МЧС работает женщина родом из Армении, которая жила в раннем детстве в Баку, и назвала твою фамилию и имя. Меня как током тогда ударило. Я ведь думал, что ты погибла вместе с родителями… А тут узнал, что ты жива осталась. Носомнения все-таки были, а вдруг однофамилица.

– Дядя Ашот, дорогой мой, приезжайте к нам, мы будем ждать вас!

Встреча была волнующей. Долго Лаура и дядя Ашот стояли, обнявшись, в прихожей. Она плакала от радости, что нашелся родственник. Гладила его морщинистое лицо, и ей казалось, что она гладит своего отца Самвела.

Уже за столом они вместе поминали родителей Лауры, всех близких, кто погиб во время землетрясения. А может, еще кто остался в живых? Многие годы люди ищут пропавших без вести близких, надеются на встречу.

У дяди Ашота на коленях сидел Мушек и внимательно разглядывал своего нашедшегося родственника, играл с машинкой, подаренной дедом Ашотом. О том, что это его дед, сказала мама Лаура.

За кофе, а армяне больше любят кофе, чем чай, дядя Ашот, поцеловав руку Ульяне Герасимовне, высказал ей признательность:

– Дорогая Ульяна-ханум, спасибо вам и низкий поклон за нашу Лауру, за то, что пригрели, вырастили, выучили, в жизнь выпустили. Теперь Мушек продолжит род Самвела Геворкяна, моего брата. Дай вам бог здоровья.

После этих слов Ульяна Герасимовна и Лаура обняли дядю Ашота, и все они заплакали светлыми родственными слезами. Павел, чтобы не видели его слез, ушел покурить на балкон. Мушек, играя на ковре с игрушками, не мог понять, почему эти взрослые, обнявшись, плачут…

Вместо послесловия

Лаура и Павел недавно оказывали помощь в Алеппо, когда-то большом многонациональном сирийском городе, жителям которого бандиты-игильцы нанесли огромный ущерб. Здесь, в Алеппо, Лаура увидела в госпитале девочку лет четырех-пяти, которая смиренно сидела на кровати с перевязанной ручкой и очень внимательно смотрела на нее, работавшую с группой таких же обожженных и обездоленных войной детей. Лаура подошла к ней, девочка здоровой рукой обняла ее и что-то заговорила. И, не зная арабского хорошо, Лаура поняла все, о чем хотела сказать эта малышка… Через три недели, улетая из Алеппо в Москву, Лаура везла с собой сирийскую сироту Эйлу. Она прижала ее к себе и шептала русские, армянские, арабские ласковые слова:

– Все будет хорошо, девочка моя. Мы прилетим в Москву, в Россию. У тебя теперь будет новая семья: я, мой муж Павел, мой сын Мушек, моя мама Ульяна. Они добрые, хорошие люди. Мы будем любить тебя как свою дочь.

Лейла встрепенулась, словно воробышек, и прошептала по-русски:

– Ма-ма…

Александр Уранов

Прочитано 288 раз

Поделиться этой страницей:

Отправить в DeliciousОтправить в DiggОтправить в FacebookОтправить в Google BookmarksОтправить в StumbleuponОтправить в TechnoratiОтправить в TwitterОтправить в LinkedInОтправить в BobrdobrОтправить в LiveinternetОтправить в LivejournalОтправить в MoymirОтправить в OdnoklassnikiОтправить в VkcomОтправить в Yaru